Каталог женских сайтов. Кормим грудью! Каталог | Добавить ссылку | Администрирование | Карта     

Вера Гончарова про домашние роды, грудное вскрамливание, гомеопатию

Гостем студии Zelenograd.ru стала Вера Гончарова — известный в Зеленограде врач, педиатр-неонатолог, член Ассоциации консультантов грудного вскармливания, врач-гомеопат. Первая часть беседы была посвящена темам грудного вскармливания и развития новорожденных, а также мнению детского врача о домашних родах.

Врач-неонатолог: «Пройдите по кабинетам и расскажите, для чего вы нужны»

 — Вера Александровна, кем и где вы работали в Зеленограде и как вы сюда попали?

— Я работаю в Зеленограде с 1977 года — в этом году будет уже 33 года. Попала сюда, как и большинство докторов, по лимиту. Окончила 2-й медицинский институт, потом работала в Ангарске Иркутской области, потом в Сердобске, в центральной районной больнице. В 1977 году приехала с семьёй в Зеленоград, и меня сразу приняли в 90-ю поликлинику, где я проработала десять лет на участке и три года — заведующей отделения. Но я поняла, что заведовать кем-то это совсем не моя специфика, потому что я всё-таки больше — практикующий врач. С 1990 года работала в филиале 105-й поликлиники, потом он отделился и стал 54-й поликлиникой — я работала там на участке. В 1997 году меня пригласила в 105-й поликлинику главврач, Галина Дмитриевна Рачкова, и я стала там работать врачом-неонатологом.

Сначала я подумала: зачем нужен в педиатрии, в детской поликлинике, врач-неонатолог? Ведь врач-педиатр всё знает. Я сама, например, своих детей не стала бы отправлять к такому неонатологу. И очень долго я была как бы не на своём месте, потому что практически никто из врачей поликлиники не направлял ко мне пациентов. Галина Дмитриевна сказала: «Вы пройдите по всем кабинетам и расскажите, для чего вы нужны». Я задумалась: а что я могу делать такого, чего не знают врачи-педиатры? Я рассказывала, что знаю, как проводить с маленькими детьми ароматерапию, внедрила в поликлинике методику «сухой иммерсии».

 — Что это за методика?

— Я научилась ей в Институте педиатрии в отделении для недоношенных детей. Там врачи были против того, чтобы маленькие дети, особенно недоношенные, получали лекарства, и старались проводить немедикаментозную терапию: музыкотерапию, ароматерапию и, в частности, сухую иммерсию. Это такая методика, при которой ребёнка, не достигшего в весе семи килограмм, кладут на клеёнку, опущенную в ванночку с водой температурой 36–37 градусов (температуры тела). Получается имитация внутриутробного развития, ребёнок при этом расслабляется, ему хорошо и комфортно, и он гораздо быстрее проходит период адаптации.

На мои рассказы одна доктор (она потом стала главным педиатром Зеленограда) прямо так и сказала: «Вера Александровна, до тех пор, пока я не пойму, зачем вы нужны, я к вам посылать детей не буду». Я вышла из кабинета, у меня даже на глаза слёзы навернулись, очень расстроилась. И подумала «что же я могу еще сделать, чтобы они поняли, что я нужна?». Тогда я стала изучать грудное вскармливание.

Грудное вскармливание: «Школы для беременных нужно проходить и бабушкам!»

Дело в том, что за мою практику я видела, что все дети, которые ко мне приходили после домашних родов, были на грудном вскармливании. А мы, педиатры, всю жизнь боролись за грудное вскармливание, но чем больше мы боролись, тем меньше детей получали грудное кормление. Однажды я разговорилась со специалистом, который ведёт школу беременных в Москве, и спросила её, какой у них в школе процент грудного вскармливания детей до года. Она удивилась вопросу: «Какой процент? У нас все кормят.« — «А как вы этого добиваетесь?» — «Если женщина рожает, значит, она обязательно должна кормить грудью. Если она зачала, выносила, родила, то куда у неё денется молоко?»

 — Какой это был центр?

— Это был самый первый центр, «Рожана» (Центр перинатального воспитания и поддержки грудного вскармливания, его основательница — психолог-перинатолог Цареградская Жанна Владимировна). Я пошла туда учиться. Эта женщина сначала отстранённо общалась со мной, так как у неё, видимо, были конфликты с медиками — а в нашей группа были как раз три медика. Но потом я ей сказала: «Пока я у вас не выучусь, не смогу работать врачом». Эти слова согрели ей душу, и она меня приняла. Эта учёба, конечно, мне дала очень многое.

И получилось так, что я всё время учусь, причем в основном не у медиков… Есть такая организация — Ассоциация консультантов естественного вскармливания (АКЕВ). Это отечественная консультация, у неё есть сайт в интернете, она сотрудничает с организацией «Международная молочная лига». Меня приняли в эту организацию в 2006 года. И за эти три года я многому научилась, в том числе в практическом плане. В конце концов, я стала востребованной не только среди родителей, но и мои коллеги-врачи меня признали.

Я сама работала участковым педиатром, и я знаю, как это сложно, когда 30 вызовов во время эпидемии гриппа, а на твоём участке еще и ребёнок родился — нет возможности достаточно уделять ему внимания. А как у консультанта АКЕВ, у меня есть эта возможность. Но конечно, лучше всего, если мама во время беременности прошла школу материнства. У нас в Зеленограде есть такие школы: Центр поддержки семьи «Елана», Школа будущих мам «Мы». В Медицинском Центре «Детство Плюс», где я сейчас работаю, тоже с недавнего времени есть школа беременных. И когда приходишь к маме, которая прошла одну из таких школ, с ней легко говорить — на одном языке.

И еще я бы хотела обратиться к бабушкам! Наши мамы и папы посещают школы для беременных, а у бабушек устаревшие знания об этом, и часто так бывает, что у них есть отрицательный опыт кормления грудью, который они начинают навязывать своей дочери или невестке. На этой почве могут быть конфликты. Хочу сказать бабушкам: пусть они больше доверяют своим детям. Дети всё-таки молодцы, особенно папы, которые тоже очень хорошо к этому относятся.

 — Надо сделать курсы для бабушек?

— Да, это точно!

Грудное вскармливание: ключевые моменты в роддоме и дома

 — На Zelenograd.ru достаточно широко освещаются ежегодные Недели грудного вскармливания, поэтому я спрошу только о некоторых ключевых моментах этого процесса. Во-первых, начало грудного вскармливания — вы сможете сформулировать советы зеленоградским мамам, которые рожают детей впервые в нашем зеленоградском роддоме. Какие шаги с вашей точки зрения, как консультанта, необходимо предпринимать самой маме в роддоме, с чего начать?

— Хочу повторить, что надо всё-таки получить знания до родов. Если будут знания, то даже если мама будет делать что-то неправильно или у неё не получится, она поймёт, что есть проблема и обратится к человеку, который ей поможет. Новорожденного обязательно надо приложить к груди в первый час жизни. Насколько это пройдет правильно и хорошо — настолько в дальнейшем хорошо сложится и грудное вскармливание, и здоровье ребёнка. Мамы говорят, что у них первые три дня нет молока — но зато есть молозиво. Хоть несколько капель молозива для ребёнка — это его дальнейшее здоровье. По идее, положить ребёнка на грудь матери должны акушерка или врач, принимающие роды. У ребенка есть рефлексы, помогающие найти грудь мамы, если его правильно положат. Это надо сделать где-то через 20–30 минут после родов, когда мама и ребёнок уже отошли от родового стресса. Если его приложить к груди сразу, до того, как он начнёт шевелиться, он не возьмёт грудь. А через 20–30 минут, когда у него появятся движения, он сам её найдёт — подползёт, найдёт грудь по запаху, по маминому сердцебиению, и начнёт сосать. И самое главное — он возьмёт грудь правильно. Только в редких исключениях это может не получиться: если у мамы неправильно выражен сосок, или если у ребёнка не совсем выражена нижняя челюсть, или короткая уздечка языка (если в роддоме внимательный врач, он увидит эту особенность, и там же, в роддоме, уздечку подрежут; кстати, а Зеленограде подрезают довольно часто). А потом ребёнок опять может заснуть и в течение первых суток может приложиться к груди всего один-два раза, ему больше и не надо. Ведь если бы ребёнку нужно было бы много молока, то было бы устроено так, что у мамы сразу появляется много молока. А ему нужно не много, но зато очень питательное молозиво.

Как правильно дать грудь? Во-первых, мама должна сидя или лёжа взять ребёнка так, чтобы приложить его животом к своему животу, чтобы ему не нужно было поворачивать голову и тянуться к груди. Во-вторых, надо его приложить так, чтобы его нос был на уровне соска. Тогда он почувствует запах молока и приподнимет голову, откроет рот и правильно возьмёт грудь. Очень часто бывает, мама держит ребёнка так, что его голова находится у неё чуть ли не под мышкой, и тогда ему приходится наклонять голову и тянуться.

 — В роддоме есть специалисты, которые по должностным обязанностям должны показывать, как приложить ребенка к груди в первый раз?

— В нашем роддоме есть квалифицированные акушерки, медицинские сёстры, педиатрические сёстры, молочные сёстры, которые могут показать. Но, к сожалению, бывает так, что им или некогда — и они не показывают. По разговорам мам, бывает так, что к ним иногда просто не подходят, говорят «сама знаешь, как кормить». Бывает так, что и показывают, и мама после выписки из роддома кормит грудью. Но бывает, что переходит и на прикорм.

 — Считается, что если ребёнок в роддоме получил бутылочку с водой или со смесью, то у него уже грудное вскармливание не пойдёт.

— Это не всегда так. Даже если маме сделали кесарево сечение, то грудное вскармливание возможно. Есть разные дети. Есть такие дети: что им не дай — соску, бутылочку, грудь, — он будет сосать правильно и активно. А дети, у которых уздечка короткая, или не очень хорошо выражен подбородок, или у мамы плоский сосок, и им трудно взять грудь. Их надо этому научить. Конечно, если такому ребёнку дать бутылку, то ему будет легче сосать из неё. Но, как я говорю, «бутылка — она и в Африке бутылка» — напор из этой бутылки, что в начале кормления, что в середине кормления, что в конце — одинаковый, ребёнок привыкает к этому и при грудном кормлении требует такого же. А грудь надо сначала пососать, если там не очень много молока, потом идёт сильная струя молока, потом опять начинается замедленное сосание. Ребёнку нужно это обязательно «рассказать», показать, научить. Младенцы, между прочим, очень хорошо всему обучаются.

У меня был случай, когда бабушка позвонила и спросила: «Что делать, маму положили в больницу разу после родов, она хочет кормить — как быть?». Маме кормить запретили. Я посоветовала, чтобы мама сцеживала молоко, а бабушка купила специальную бутылочку с ложечкой и кормила ребёнка смесью из неё. Бабушка звонила в течение суток, наверное, раз двенадцать — говорила, что не получается, ребёнок кричит, он голодный. В конце концов, почти начала впадать в истерику. Я сначала спокойно объясняла, потом уже предложила приехать к ним домой и научить кормить ребёнка, после чего бабушка перестала звонить. Я забыла про этот случай. Через два месяца (я тогда работала в 105-й поликлинике) ко мне приходят бабушка и мама с двухмесячным ребёнком, которая говорит «Хочу кормить грудью». Я спрашиваю, в чём проблема. И они рассказывают мне ту ситуацию, что какая-то Гончарова их научила, и они кормят только смесью, педиатр маме запретил после больницы кормить грудью. Я предложила: «Давайте попробуем». Мы тут же на приёме приложили ребёнка маме к груди, он сразу схватил грудь и стал сосать. То есть, его не нужно было учить, только приложить к груди — правильно приложить, и всё.

 — Вторая рекомендация, которая давалась родителям — это кормление по часам.

— К счастью, педиатры такую рекомендацию уже не дают. Дают такие советы: сколько ребёнок захочет, столько и кормите. Но тут надо быть очень внимательными: допустим, ребёнок немного травмирован после родов, при этом его кормят, когда он захочет. Он берёт первую порцию молока, — а в молоке есть вещества экзорфины, подобные опиатам, которые снимают стресс — успокаивается, засыпает и почти ничего не сосёт. Таким образом, ребёнок может почти каждый час брать грудь, но ничего не высосать. Мама приходит к педиатру, там взвешивают ребёнка и говорят: «Он не поправился, у вас, наверно, мало молока». Маме предлагают пройти контрольное кормление, где он высасывает всего 20 грамм молока, и говорят: «Конечно, мало молока». Я считаю, что контрольное кормление — тоже неправильная практика, надо от него отказываться: мама посидела в очереди у педиатра час-полтора, вся взвинченная, ребенок раскричался — он берет только первые капли молока на таком кормлении и сразу засыпает. Есть специальные методики, как научить ребёнка правильно брать грудь и сосать, чтобы он до конца высасывал молоко. И если ребёнок будет хорошо сосать и высасывать, то он обязательно будет поправляться.

Домашние роды: важно не только родить, но и «додержать» ребенка на руках

— Следующий вопрос я вам хочу задать как врачу-педиатру и неонатологу. В вашем опыте есть случаи домашних родов здесь, в Зеленограде? Были ли у вас такие мамы?

— Бывает, что меня вызывают к детям, которые родились дома. Такие семьи есть, и не только в Зеленограде. Сейчас идёт волна легализации домашних родов.

 — Медики стараются легализовать домашние роды?

— Нет. В Москве есть такие роддомы, которые заключают договоры… это не совсем домашние роды. Акушерка приходит на дом, ведёт беременность, а в определённый момент женщину отправляют в роддом. Я сейчас не хочу выступать и пропагандировать домашние роды, ни в коем случае. Я была у детишек, которые родились дома, у меня есть опыт — я могу сказать, что дети, рождённые дома, гораздо спокойней, они быстрее и легче адаптируются, потому что они не отделяются от мамы.

По идее, ребёнок ни в коем случае не должен от мамы отделяться. Раньше нам говорили: «Не бери ребёнка не руки, а то он не даст тебе ничего делать». Мамам надо было выходить из декрета через три месяца, выполнять программу партии и правительства. Помню, что я сама через три месяца декрета вышла на работу и бегала по вызовам. Сейчас психологи говорят: «Девять месяцев ты его вынашивала — девять месяцев ты должна носить его на руках». Это — период адаптации. Надо держать ребенка на руках столько, сколько ему положено. Когда он начнёт ползать и ходить, ему ваши руки уже не нужны будут. Если же ребёнка «не додержали» на руках, то он будет проситься на руки и в год, и в два, и в три. А в сорок лет он может сесть не только на руки, но и на шею — маме или жене. Те дети, которых много носят на руках, их еще называют «ручными» детьми, они потом становятся самостоятельными. Такие дети начинают рано ходить, даже не хотят ездить в колясках. Я это наблюдаю даже на своих внуках. Как мне сказала одна мама: «Вера Александровна, почему моя дочка, ей 1 год и 2 месяца, не хочет сидеть в коляске, когда мы с ней гуляем?» — «А почему она должна сидеть в коляске? Вы её „додержали“ на руках, она видит — папа и мама в коляске не ездят. И копирует родителей».

 — Возвращаясь к вопросу о домашних родах: вы говорили о положительной стороне таких родов. Есть в вашем опыте отрицательные моменты, связанные с домашними родами?

— Что значит «отрицательные моменты»? Если роды ведутся не так как надо, то маму забирают в больницу с какими-то осложнениями. Будем оставаться честными — и в роддоме не всегда всё благоприятно проходит. Но там всё рядом, под рукой. Я думаю, что те акушерки, которые берут на себя ответственность принимать роды на дому, очень хорошо всё знают, и даже ещё не у каждой женщины захотят принимать роды дома. Негативные моменты бывают, но мне мало приходится сталкиваться с ними. Если у женщины есть какая-то патология, её отправляют в роддом.

Официальная медицина и гомеопатия: «Я разочаровалась в лекарствах»

 — Вера Александровна, скажите, пожалуйста, у вас ведь традиционное медицинское образование?

— Да, я закончила 2-й Медицинский институт по специальности «педиатрия». Кроме того, в педиатрии мы каждые пять лет обязательно учимся на сертификационных курсах. Последний такой курс у меня был как раз в июне прошлого года, где я подтвердила, что имею право работать педиатром.

— Для человека с классическим медицинским образованием у вас довольно современные «продвинутые» взгляды — в частности, знания в области гомеопатии. Официальная медицина и сторонники гомеопатии конфликтуют?

— Гомеопатия признана в медицине, у нас есть приказ министра здравоохранения о легализации гомеопатии [«О развитии гомеопатического метода в медицинской практике и улучшении организации обеспечения населения гомеопатическими лекарственными средствами» № 115]. Но на самом деле нет такой специальности «врач-гомеопат». Есть врачи, которые закончили педиатрические, стоматологические или другие медицинские учебные заведения, у них есть сертификат, что они имеют право работать врачом — и тогда они могут на определённых курсах получить дополнительные знания о гомеопатическом методе.

Гомеопатией я пользуюсь с 1990 года — уже почти 20 лет. Это мне не мешает, а наоборот, помогает — это то, чего мне больше всего не хватало. В какой-то момент я разочаровалась в лекарствах, используемых в медицине, в их агрессии. А пришла я к гомеопатии еще на третьем курсе института: была эпидемия гриппа, я очень сильно заболела, у меня был тяжелейший кашель. В течение месяца я не могла спокойно говорить и даже смеяться из-за сильного кашля. Студенты третьего курса — считающие себя уже почти специалистами — все принялись меня лечить, но ничего не помогало. Как-то раз на лекции я очень сильно закашлялась, и девочка из нашей группы, которая сидела рядом, сказала: «Я тебя вылечу». На следующий день она принесла тубочки с маленькими горошинками: «Принимай их через каждые два часа по очереди». Я взяла у нее эти баночки без энтузиазма… В конце первых суток мне стало легче, а через три дня у меня прекратился кашель. Это было настолько удивительно, что я стала к ней приставать с расспросами: «Что это такое ты мне дала?» — «Это такая гомеопатия» — «А что такое гомеопатия?» У неё был старый справочник по гомеопатии. В те годы слова «гомеопатия» даже не произносили, это не вязалось с нашим материалистическим мировоззрением.

Потом в конце 80-х годов мы с мужем путешествовали по городам древнекиевской Руси, он купил мне книгу по гомеопатии, и я заинтересовалась ею. На следующий год в Москве впервые прошли гомеопатические курсы. С того времени у меня идут параллельно и гомеопатия и грудное вскармливание; одно другому не мешает, а только помогает.

 — У большинства людей тоже есть только самые общие представления о гомеопатии…

— В гомеопатии есть принцип «подобное лечит подобное». Официальная медицина лечит «от обратного». Например, у вас заболела голова — что вы пьёте от боли? Анальгин. «Анальгин» — значит «против боли». Выпили таблетку — головная боль прошла, и также завтра, послезавтра, пока не перестаёт действовать анальгин. Это принцип противодействия. В гомеопатии же врач сначала должен выявить, как болит голова, что при этом чувствует человек — «как будто молотком стучит в висках», «гвоздем сверлит», «сжимает железным обручем» или наоборот «будто череп сейчас разорвется». Лечатся именно ощущения, а причина потом уходит сама. Для разных типов головной боли есть свои средства, это индивидуальный подход, в котором препараты подбираются в зависимости от ощущений человека — в том числе от чего ему лучше: от холода, «если лить струю горячей воды на голову», сделать очень тугую повязку или просто лечь спать.

— Значит, гомеопат — прежде всего хороший диагност?

— Да, гомеопат оценивает состояние человека по симптомам. В официальной медицине нам нужен диагноз, чтобы открыть справочник и выбрать методы лечения этого заболевания. В гомеопатии не так. Если у человека острое состояние, то вопросов нужно немного. Если это хроническое заболевание, то надо выяснить его течение, особенности, сопутствующие болезни и их течение. На приём у врача-гомеопата тратится до двух-трёх часов, чтобы выбрать индивидуальное лечение.

 — Анализы не проводятся врачом-гомеопатом?

— Для подбора препаратов анализы иногда и не требуются. Они нужны для подтверждения того, правильно ли проводится лечение.

В гомеопатии есть правило: излечение должно идти изнутри наружу, или от более важного органа к менее важному. Например, пришёл на приём человек с болью в сердце. После выяснения состояния, ему даётся препарат. Он через некоторое время приходит и говорит, что сердце перестало болеть, но теперь очень болят суставы. Врач выясняет — оказывается, у человека раньше болели суставы, но их так хорошо «полечили», они перестали болеть, зато начало болеть сердце. А что важнее — сердце или суставы?

Гомеопатические средства: «Чем меньше концентрация, тем действенней препарат»

— Расскажите как готовятся гомеопатические средства, из чего и какими методами? И второй, очень важный вопрос, который этого касается — кто подтверждает качество гомеопатических средств? Про лекарства всё понятно: они сертифицируются Минздравом. А гомеопатические препараты, судя по названиям, чем-то близки народной медицине…

— Да. Это всё, что есть в природе — растения (травы, деревья), животный мир (пчела, яд змеи) и минеральные вещества. Препараты готовятся, например, так: одно растение ромашки — «хамомилы» — опускают в 30-процентный спирт, закрывают, ставят в тёмное место. В течение двух недель смесь периодически встряхивается — этот процесс называется динамизацией. Таким образом готовится первичная матричная настойка, она может храниться очень долго. Из этой настойки можно делать препараты. Есть разные степени разведения: 6, 30, 200 — эти цифры показывают, насколько разведены эти препараты, чем больше цифра, тем меньше действующего вещества в препарате. И чем меньше эта концентрация, тем он действенней. В аптеке продаются как 30-процентные настойки, так и готовые препараты в виде сахарных шариков, пропитанных препаратом. Есть «высокие разведения», которые редко покупаются и только с согласия врача — например, «Хамомила 200», её готовят на заказ.

Сейчас существует много разновидностей гомеопатии. Есть монопрепараты, содержащие одно вещество, и при их приёме понятно, вызывает ли это вещество улучшение или ухудшение состояния. Есть комплексные препараты с несколькими действующими веществами, из которых один компонент может подействовать, другой — нет. Если сравнивать моно- и комплексные препараты, то это как готовое платье из магазина или платье, сшитое по вашим личным меркам на заказ. Что же касается сертификации — многие врачи официальной медицины не признают гомеопатию.

 — Но доктор может выписывать гомеопатические препараты?

— Только если у него есть знания о гомеопатии, без которых он просто не может их назначать. Комплексные препараты как раз сертифицированы. Есть так называемая доказательная медицина, когда в нескольких странах проводятся клинические испытания лекарств в группах пациентов — но в гомеопатии не получится так сделать, потому что нельзя набрать группу пациентов с абсолютно одинаковыми ощущениями. Если медикаментозные препараты испытывают на больных, то гомеопатические — на здоровых: набирается группа добровольцев, или, чаще всего, врачи-гомеопаты испытывают их на себе, затем описывают ощущения. Например, сейчас появляются новые препараты молока, есть даже «молоко льва», «молоко тигрицы», «молоко собаки»… А в основном, перечень гомеопатических препаратов почти не изменился за 200 лет, их около 2000 наименований. А обычных лекарств с каждым днём изобретается всё больше, везде есть их реклама, растёт количество аптек. В 70-х годах в Зеленограде было 4 аптеки, сейчас их в десятки раз больше.

 — Гомеопатические препараты — это вещества низкой концентрации разведения. Нет ли такого мнения у вас или у кого-нибудь ещё, что это эффект плацебо, то есть, скорее психо-соматическое излечение, чем реальное?

— Эффект плацебо? Но мы же лечим и новорожденных, какой эффект плацебо может быть у новорождённых?

Вообще, мне кажется, перед врачом сейчас стоит задача решить — лечить или не лечить. Потому что каждый организм, особенно детский, запрограммирован на то, чтобы излечиваться. У нас всё есть, чтобы вылечиться даже от этого пресловутого свиного гриппа, которым нас всех напугали. Человек, если у него нет сильного провала иммунитета, выздоровеет обязательно. Чего боятся родители? Температуры, а ребёнок спокойно может переносить температуру, напоите его побольше — а младенца, который кормится грудью, кормите чаще грудью — и тогда он сам может выздороветь. Надо просто следить, чтобы на третий-четвёртый день не было ухудшения. Ребёнок может выздороветь сам даже и без гомеопатии. Чем мы меньше лечим детей, тем лучше.

У меня наблюдается двое детей — девочки, которые с родителями постоянно живут в Германии. Их родители периодически приезжают сюда и рассказывают, что немецкие врачи детей до двух лет почти не лечат — они считают, что ребёнок сам это должен пройти. Ведь, для того, чтобы научиться фигурному катанию, надо научиться падать…

Сезонные рекомендации: «Есть защитные силы организма, которым не нужно мешать»

— Сейчас, в сезон простудных заболеваний, вы, как врач и гомеопат, можете дать общие рекомендации? Может быть, есть гомеопатические средства общего назначения, которые можно купить в аптеке, если ты простудился?

— В профилактические гомеопатические средства я особо не верю. Для того, чтобы подобрать так называемые конституциональные средства, препараты для профилактики, мы должны определить конституцию человека. Сейчас очень часто врачи назначают иммуностимулирующие препараты — афлубин и другие. Но когда ребёнок (да и взрослый) начинает болеть, у него включаются защитные механизмы, например, поднимается температура. Если мы сбили температуру, то вирус и бактерии дальше попадают на слизистую, начинается насморк — но это тоже хорошо. А нам это не нравится, нам надо поскорее выздороветь, поэтому мы начинаем принимать сосудосуживающие капли, а они подавляют сопротивление болезни, которая спускается вниз — начинаются ларингиты, бронхиты и так далее. Есть такие защитные силы организма, которым не нужно мешать. И, самое главное, не надо в этот момент стимулировать иммунитет, который и так работает против болезни. Если его стимулировать, то ребёнок будет болеть дольше.

— Значит ваша рекомендация как врача — лечиться самыми основными средствами — питьё, мед, травы…

— Да. Если заболел ребёнок или взрослый, и поднялась температура, не надо её сбивать. Для детей есть методические рекомендации не сбивать температуру до 39–39,5 градусов. Но надо наблюдать, как переносится температура. Если повышение температуры переносится тяжело, ребенок бледный, голова горячая, а руки и ноги холодные-то надо конечно её сбить. А если ребенок активен, и лежит просто потому, что мама его положила — это уже другое. В основном надо давать больше жидкости, проветривать комнату больного. Кормить насильно не надо. Не надо часто промывать, полоскать горло и нос, потому что при этом смываются вещества, выделяемые слизистой, помогающие бороться с инфекцией. Если на второй-третий день становится хуже, обязательно нужно вызывать врача, даже если мама сама уже лечит ребенка. Если температура держится, а ребёнок веселый и довольный — значит, излечение уже включилось, и не надо организму мешать лекарствами и лечением. Я не призываю не вызывать врача, обязательно нужно вызывать! Но если мама паникует из-за температуры, и приходит врач, который не знает ребёнка, впервые его видит, то он назначает целый перечень лекарств. Одни родители вообще не слушают доктора, делают все по-своему, а другие начинают усиленно лечить. Иногда бывает так, что трёхмесячному ребёнку назначают восемь препаратов — я считаю, что если столько назначений, то такого ребёнка надо в больницу класть. А если его лечить на дому, то восемь препаратов не нужны.

 — В общем, всё нужно делать со здравым смыслом. Остаётся пожелать всем нашим родителям и детям не болеть. Спасибо вам за интересную беседу.

Елена Панасенко, 12.03.2010



Комментарии:

Комментариев нет

Добавить свой комментарий:

Имя:

E-Mail адрес:

Комментарий:

Ваша оценка:

Введите число, которое Вы видите на картинке:

Информация
Источник:
http://www.zelenograd.ru/news/view.php3?id=4373
Категории:
Оценка модератора: Нет
Оценка пользователей: 5.0 (голосов: 1)
Переходов на сайт:360
Переходов с сайта:0
 

Частые вопросы Консультации

скачать книгу про грудное вскармливание



записаться на курсы в Минске